Катиш@
Стеклянное волшебство


Свет в лоджии был приглушен, на широком белом подоконнике исходила дымком тонкая ароматическая палочка, распространяя тяжеловатые волны приторного жасминового запаха. Дымок утягивался в предусмотрительно открытое окно. От зала лоджию отгораживали плотные темно-фиолетовые шторы. Приколотые к ним проволочные бабочки диковинной раскраски лениво трепетали крыльями из органзы. Из зала доносилась музыка – тщательная выборка из Nightwish и какие-то немцы.
Стол и стулья, на которых мы сидели, укрывала та же тяжелая материя, тщательно подобранная складками в соответствии с непонятным замыслом художника и заколотая в некоторых местах – все теми же бабочками. Ковер отсутствовал, на стенах – снова драпировка, на тон светлее. Белый подоконник выделался среди всего этого совершенно чужеродным предметом. Странно, что она не зашторила окно.
Люсинда.
Когда-то я звал ее просто Люськой. Мы жили в соседних домах, ходили в один и тот же детский сад, а потом – в школу. Это была дружба, только, разумеется, такая, какой может быть дружба мальчишки и девчонки. Люська играла в куклы и верила в фей и приведений. Я тоже верил, как и любой ребенок в этом городке, но все равно дразнил ее и таскал за косы. Весной я звал ее запускать кораблики в ручье, а она меня – собирать подснежники в лесу, начинающимся сразу за ее домом. Может, этот лес в итоге и сохранил бы во мне вечного ребенка, фантазера и мечтателя, но по окончании моего 3-го класса мы с родителями переехали в Москву.
И вот, без малого два десятка лет спустя меня вновь занесло в родной Лесницк. По какой причине – история банальная и довольно нудная, так что я не буду ее рассказывать. Все дела я, впрочем, уладил, и ничто не мешало мне вернуться в столицу, разве что напавшая вдруг тоска по проведенному здесь беспечному детству. Люськин номер я нашел в старой телефонной книге. Оказалось, она все еще жила по прежнему адресу: Листопадная-7.
В некоторых городах, особенно, таких маленьких, как наш, время течет по-особенному, и ничего не меняется, а если и меняется, то очень медленно. Со времен моего детства разве что дома успели обрасти телеантеннами, шифер кое-где сменился жестью, а в музыкальном магазине продавались лазерные диски, пришедшие на смену моим некогда любимым пластинкам.
Люська изменилась разительней. Кос больше не было, волосы цвета воронова крыла она остригла под «каре», и край их был таким ровным, что глаз о него резался. Худющая девчонка с вечно расцарапанными голыми ногами освоила искусство макияжа, ноги спрятала под длинной, украшенной кружевом юбкой, а более чем явственно обозначившуюся грудь обтянула черным шелком. Словом, девчонка превратилась в женщину, окружила себя аурой загадки и смотрела на меня теперь томно и слегка насмешливо. Называть ее Люськой язык у меня больше не поворачивался.
Люсинда...

@темы: Лесницкий цикл, городские сказки, рассказ